Читать книгу - "Окно с видом на счастье - Наталья Игоревна Соснина"

крыльца, совсем не изменившегося с тех пор, как они оба ходили в школу, и развинченной своей походкой, от которой у Кати сосало под ложечкой и раньше, и сейчас, пошел к воротам. Катя смотрела и смотрела ему вслед, пока он не сел в машину и, ловко вывернув на улицу Пушкина, уехал.

«Я слышала, — вдруг подумала она, — как бьется его сердце… Я слышала, и никто не сможет доказать мне, что такое невозможно! Я чувствовала его дыхание и видела, как пульсирует жилка на сильной загорелой шее. Как мне теперь жить?! Что делать с этими мыслями?! Как не сойти с ума от запаха его кожи, который я ощущала, стоя там, в школьном холле, в нескольких метрах от него?! Как мне забыть теперь его глаза, которые проникали мне в самую душу только что, три минуты назад? — она часто и глубоко дышала, стараясь подавить подступающие слезы. — Плакать нельзя, — повторяла она, — плакать нельзя. Надо найти в себе силы вернуться обратно в школу. Я должна узнать. Я должна узнать, куда он ушел и почему. Так невозможно больше, Катя, — сказала она себе. — Невозможно!»

— О! — воскликнула она, повернув голову и увидев своих. — А вы где были-то? Я зашла, а вас никого…

— Катюха! — бросилась ей на шею Юлечка Рыжова. — Привет! Какая же ты красотка!

Юлечка приехала из Питера, и, конечно, Кате, как и всем остальным, было очень интересно поговорить с ней, порасспрашивать, как она там, в столицах. Однако Катя, с улыбкой обняв одноклассницу, слегка отстранилась:

— Юляш, я быстренько… Мне надо кое-кого увидеть. А потом поболтаем!

— Куда это тебя понесло, Мороз? — удивилась Жанка Воронцова. — И почему ты не в том платье?

— Жанчик, да жарко в нем! Не обижайся, — машинально ответила Катя и направилась к стоящим неподалеку Сашиным одноклассницам.

Наташка Нечаева увидела ее первой:

— Катюша, привет! Ты все-таки решила сабо надеть?

Вопрос, кто в чем пойдет на встречу выпускников, являлся животрепещущим последние несколько недель, если не месяцев. Девчонки обсуждали каждую деталь своих нарядов, потому что такое мероприятие — это вам не хухры-мухры. Надо выглядеть достойно, потому что — вон, смотрите, девочки, Сидоркина, как всегда: дорого-богато, а толку чуть… Как сорока.

— Привет, Натусь, — снова машинально ответила Катя. — Да, решила их, жарко же. Девочки, — делая вид, что ищет кого-то глазами, начала Катя. — А где ваш Корольков? Только что тут был…

— А ты с какой целью интересуешься? — язвительно спросила, выступив на первый план, Сидоркина. — А, Мороз?

Она пыталась смотреть на Катю презрительно, но у нее не получалось: в глубине души Лена понимала, что Катька Мороз — на нее хоть мешок надень, а она будет как королева.

Лена вздохнула тихонько и снова уставилась на Катю.

А та посмотрела на Сидоркину так, как смотрят на слабоумных: без тени обиды, с сожалением и пониманием.

Ваня Куприянов, наблюдавший эту сцену со стороны, усмехнулся про себя: «Н-да… — подумал он. — Катюха, конечно, девка породистая! Всего лишь один раухтопаз на пальчике, а выглядит, словно героиня репортажа в журнале „Аристократ“. Как глянула — все взглядом своим сказала…»

Он позвал:

— Ка-а-а-ать! Привет!

Та оглянулась, заулыбалась:

— Ванечка! Привет, мой хороший!

— Катюш, Сашу ищешь?

— Да, он вроде только что тут был… — недоуменно подтвердила Катя.

— Он уехал, — объяснил Ваня. — Его вызвали оперировать какого-то тяжелого пациента.

— А-а-а-а… — протянула она и улыбнулась. — Ну и ладно! Это не срочно. Как ты, Ванечка? Давно не видела тебя!

Сидоркина стояла и внимательно смотрела на Катю, а та буквально спинным мозгом чувствовала ее презрение и зависть. Ваня же, обнимая Катю за плечи и улыбаясь ей, подумал: «Ленка не далее как сегодня скупила у меня в салоне полвитрины. А все равно не дотягивает — бесполезно».

Катя понимала, что если уйдет прямо сейчас, то вызовет как минимум недоумение своих подруг, а как максимум — подозрения и сплетни от любительницы дешевых сенсаций Сидоркиной. Она так и представляла себе, как Ленка, закатив глаза и таинственно понизив голос, сообщает на ухо кому-нибудь — да хоть вон, той же Наташке Нечаевой — о том, что Мороз искала Королькова, а потом, как узнала, что его нет, сразу свалила в неизвестном направлении. «Точно говорю, Натусик! Они любовники! Сговорились…»

«Вот так и рождаются легенды и мифы нашего жилмассива, — думала Катя. — А потом до него, не дай бог, дойдет, и он решит, что это я распространяю подобные слухи. Да и девкам моим незачем лишнюю пищу для размышлений предоставлять. Раз уж решила сохранить в тайне нашу с ним… пастораль, так надо держаться до конца».

Мысли ее прервал Серёжка Кочергин: он приехал на юбилей родной школы из далекого Калининграда, где в то время служил, и был страшно рад видеть всех своих одноклассников, а уж Катю Мороз особенно.

— Катя! Привет! — радостно воскликнул Серёжа. — Как твои дела? А ты, Куприянчик, отцепись от девушки, дай мне тоже ее обнять!

Ваня выпустил Катю из своих рук и шутливо встал в боевую стойку:

— Че, Кочерга, слабо сразиться с мастером боевых искусств?

И они, изображая бой то ли каратистов, то ли кунг-фуистов, стали махать ногами и руками и соответствующим образом покрикивать.